старший преподаватель, Кафедра гражданского права, Балаковский филиал Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации; аспирант Кафедры политических исследований России и постсоветского политического пространства, Московский педагогический государственный университе
Senior Lecturer, Department of Civil Law, Balakovo Branch of the Russian Presidential Academy of National Economy and Public Administration; PhD Student, Department of Russian and Post-Soviet space political studies, Moscow State Pedagogical University
В представленной статье автором исследуется ряд зарубежных кейсов практической реализации государственной молодежной политики на примере США, ФРГ и Республики Казахстан. Выбор данных кейсов обусловлен тем, что указанные государства имеют разветвленные практики реализации государственной молодежной политики. Второй фактор выбора кейсов заключается в принципиальном различии в политических системах стран и как следствие в институциональной организации и технологических особенностях сложившихся в них моделях государственной молодежной политики. И, наконец, третий фактор связан с тем, что данные государства репрезентуют различные политико-культурные традиции. Указанные различия традиций сказываются и на разнонаправленности государственной молодежной политики (так США являются классическим примером западной «плюралистической» системы молодежной политики; Германия – западно-европейской модели молодежной политики; Казахстан – яркий представитель эффективной модели молодежной политики на постсоветском пространстве). Особое внимание уделяется общим и специфическим чертам, выявленным на основе сравнительного анализа, исследуемых зарубежных моделей молодежной политики, а также возможному их применению в процессе реализации государственной молодежной политики Российской Федерации.
In this article the author examines a number of foreign cases of practical realization of state youth policy for example the USA, Germany and the Republic of Kazakhstan. The choice of these cases is due to the fact that these countries have an extensive practice of state youth policy. The second factor in the choice of case studies is the fundamental difference between the political systems of countries and as a consequence of the institutional arrangements and the technological features of established models of state youth policy. And fi nally, the third factor is that these States represent different political and cultural traditions. These differences between the traditions have an impact on the diversity of the state youth policy (as the US are a classic example of Western «pluralist» system of youth policy; Germany – West European model of youth policy; Kazakhstan is a bright representative of an effective model of youth policy in the former Soviet Union). Special attention is given to General and specifi c features identified on the basis of comparative analysis, the study of foreign models of youth policy, as well as possible their application in the process of realization of the state youth policy of the Russian Federation.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.