PhD, доцент Гамильтон-колледжа, член Ассоциации славянских, восточноевропейских и евразийских исследований
PhD, Associate Professor of Hamilton College, Member of the Association for Slavic, East European, and Eurasian Studies
Более двухсот лет в России продолжаются дискуссии о характере историко-культурных связей с Западом: представители российской интеллигенции и политических элит спорят о том, должна ли страна заимствовать западную модель развития или избрать свой собственный путь. В настоящей статье автор использует метод опроса элит для того, чтобы оценить идейную «расстановку сил» по данному вопросу, что позволило придти к двум выводам. Во-первых, несмотря на подчеркивание Россией своей уникальности, в середине 1990-х годов около 75% всех российских бюрократов и депутатов Государственной Думы выступали за заимствование чужого опыта, прежде всего, моделей европейского капитализма и государств благосостояния. Во-вторых, несмотря на значительный рост антизападных настроений, спровоцированный Кремлем, в последние 10 лет, несмотря на постоянный акцент на российской уникальности, который делает Президент, удивительно, но российские элиты все еще стремятся к заимствованию политических и экономических моделей Запада.
For more than two centuries, Russia has struggled to defi ne its historical-cultural relationship with the West, as its intellectual and political elites vigorously debated whether their country should emulate Europe or follow a distinct path of development. This article uses original elite survey data to examine these two propositions. The article reaches two conclusions. First, despite Russia’s long tradition of underscoring its uniqueness, close to three-quarters of Russian bureaucrats and Duma deputies in the mid-1990s were nonetheless willing to borrow from foreign experience, particularly from the models of European welfare capitalism. Second, despite the sharp rise in anti-Western sentiments emanating from the Kremlin over the past decade, as well as Vladimir Putin’s ever-growing emphasis on Russia’s distinctiveness, Russian elites are still surprisingly willing to adopt political and economic models from the West.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.