доцент кафедры мировой политики исторического факультета, кандидат исторических наук
Аннотация: Германия, Великобритания и Франция обозначили свои интересы в Центральной Азии сразу после распада Советского Союза. В течение 1994–1995 гг. на первый план в политике ведущих европейских стран в Центральной Азии постепенно выходят интересы сдерживания «неоимпериалистического» курса России на постсоветском пространстве и поддержки экономической независимости стран Центральной Азии. С конца 1990-х гг. приоритетом в региональной политике становится борьба с наркоугрозой, после 11 сентября 2001 г. — борьба с угрозой терроризма. В статье анализируются специфические интересы и страновые приоритеты ведущих европейских стран и различия как в общих подходах к Центральной Азии, так и в конкретных аспектах политики, включая объемы выделяемых ресурсов. Среди трех стран наиболее прочные позиции в Центральной Азии сохраняет Германия, движимая комплексом внешнеполитических, экономических, военных и гуманитарных интересов, однако в целом в центральноазиатской политике Германии, Великобритании и Франции отсутствуют некие особые интересы и позиции, которые бы существенно препятствовали выработке общего курса в рамках Европейского Союза.
Abstract: Germany, Great Britain and France stated their interests in Central Asia immediately after the disintegration of USSR. In 1994 and 1995 the policies of the leading European countries towards Central Asia stressed the restraining of Russia’s neo-imperial ambitions in the post-soviet space and the support of economic independence of Central Asian states. As of late 1990s the regional policies prioritized fighting the drug threat and after September 11, 2001 — the terrorism threat. The article reveals specific interests and country priorities of the leading European states in Central Asia and the differences in the general approach to the region and in the actual policies including the amounts of resources spent. The author argues that Germany occupies the most solid place in Central Asia due to a set of political, economic, military and humanitarian interests, though in general the regional policies of Germany, Great Britain and France lack any particular interests and standpoints, that could hinder the formation of the joint EU policy in the region.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.